Logo
Title
Title



Главная :: Пресса :: Анатолий Смелянский празднует юбилей
«Профессия режиссера вторична»
Виктор Рыжаков в беседе с Еленой Ковальской

Московский Художественный театр выпускает премьеру «Иллюзий» Ивана Вырыпаева в постановке Виктора Рыжакова. Месяц назад один из ведущих режиссеров современной российской сцены показал в ЦИМе превью спектакля «Саша, вынеси мусор!» по пьесе Натальи Ворожбит, справив между премьерами 55-летие. Рыжаков дебютировал в Москве с вырыпаевским «Кислородом» в начале нулевых, а сегодня ставит в главном драматическом театре страны, ведет собственную мастерскую в Школе-студии МХАТ и руководит экспериментальным театральным центром. Елена Ковальская поговорила с ним о поиске, методе и будущем.

— В конце недели — премьера твоих «Иллюзий» в МХТ. Там уже идут «Пьяные». В главный драматический театр страны с тобой пришла новаторская драматургия Ивана Вырыпаева, с которой ты нас в 2002 году и познакомил, когда вы выпустили в «Театре.doc» «Кислород». Иван говорит, что его тексты — не философия, как может показаться, а нечто вроде инструкции по использованию актера; ему на сцене интересен человек безусловный, человек как он есть, а не персонаж и вжившийся в образ актер. Поэтому он пишет тексты, приводящие актера к такому состоянию, в котором он выявляет себя самого. Предположу, что такой тип театра — это то, чем именно ты его заразил как режиссер. Что ты на это скажешь?

— Ну, не совсем так. Наш диалог с Иваном о театре — большая часть моей профессиональной жизни. И началась она много-много лет назад. У нас был период активного взаимодействия, сейчас общение продолжается уже в другой форме, при этом мы можем вообще не видеться подолгу, месяцами. И тем не менее все продолжается — и мой диалог с Иваном, и размышления об «идеальном театре», о котором мы с ним когда-то полушутливо-полусерьезно мечтали.

— О чем мечтали?

— О «театре чудес». Ведь если человек пришел в театр, с ним обязательно должно произойти превращение. Здесь он от чего-то освобождается, становится более счастливым, или у него перестает что-то болеть, или, наоборот, начинает болеть, но уже по-другому или про другое — но обязательно болеть. Театр, который будет делать нас самих совершеннее, что ли, чувствительнее к этому миру, в котором мы будем удивляться самим себе и своим неограниченным возможностям, в котором мы способны изменять качество самой жизни.

— Новая технология катарсиса?

— Ну, если не побояться пафоса, то, может, это так и есть. Такая бесконечная игра, которая иногда бывает даже очень жестокой, иногда азартно-радостной, но всегда изменяет твое представление о мире и самом себе. Изменяет самого тебя. Все тексты Ивана — это как будто продолжение нашего размышления об этом несовершенном человеческом мире. Драматург Вырыпаев всегда предлагает какие-то новые ходы в этой бесконечной театральной игре-провокации и для исполнителей, и для зрителей. Важно затянуть зрителя в такую игру, когда он сам станет и персонажем, и одновременно артистом в своем «внутреннем театре». Это театр соучастия. Ведь театр складывается не на сцене, а в зрительном зале, и то, что мы делаем, мы делаем для того, чтобы спектакль начал свое существование в головах зрителей, а может, и в их сердцах. Михаил Чехов, когда его спрашивали про секрет его актерского мастерства, говорил примерно следующее: все просто — за пять минут до выхода на сцену я вызываю в себе невероятную любовь к людям в зрительном зале. Но поскольку он был хитрецом великим, то главный секрет Чехов, конечно же, не раскрыл: как же добиться этой самой любви? Любви к людям за пять минут до начала спектакля… Этот секрет человеколюбия вместе с текстами Ивана стали такой провокацией, которой необходимо подвергать себя постоянно и без которой уже мне стало невозможно существовать. Все, что мы делаем, кажется мне большой игрой, что была затеяна нами много лет назад и вдруг стала самой жизнью. Иван стал признанным автором, фигурой в театральном мире; я наблюдаю за ним и бесконечно радуюсь нашему продолжающемуся диалогу, спору; он и есть самая большая ценность моего внутреннего труда.

— Я об этом диалоге и спрашиваю. В этом диалоге ты учитель, поскольку старше и опытнее, так?

— Нет. Каждый раз, когда я работаю с текстом Ивана, мне кажется, что вот сейчас именно что-то ухвачу, пойму уже по-взрослому. И, как всегда, мне не хватает до конца терпения, сил, ума или, может быть, простого знания — чтобы все это ухватить. Иногда будто хожу по кругу; открываю какие-то вещи и, обернувшись, вижу, что они уже открыты. И все же открываю «велосипед» и, как дурачок, радостно на нем качусь. Потом вновь понимаю: мне чего-то не хватает, будто не могу объять какую-то простую вещь. Вот сейчас, работая с текстом Натальи Ворожбит, понимаю, что пошел тем же путем. Театр, созданный драматургией Вырыпаева и открывший мне эту самую бесконечность, позволяет впустить туда и Наташу, и пьесу Сергея Медведева «Парикмахерша», и поэтический текст Грибоедова «Горе от ума», который вдруг точно так же зазвучал в моей голове, как и тексты Вырыпаева. Как будто определился какой-то ключ к звучанию текстов, и это звучание пришло ко мне с текстами Ивана.

Если человек пришел в театр, с ним обязательно должно произойти превращение. 

Началось это, когда мы только встретились на камчатской уникальной земле, где мне выпала возможность руководить драматическим театром, и задумали работу над текстом Грибоедова. Ваня и Света Иванова, которые были приглашены мной в труппу, играли Чацкого и Софью. Они приехали туда с маленьким Геной из Магадана, где проработали год, окончив Иркутское театральное училище. Эти святые художники мечтали о большом, настоящем театре. Вот тогда и началась наша история. Мы год репетировали «Горе от ума» и так и не выпустили этот спектакль, поняв, что нам нужен другой, какой-то новый, особенный текст. То, чего мы добивались и искали, мы не могли постичь через классическую хрестоматийную пьесу, обросшую нашими заскорузлыми представлениями об уже существующем театре — при том что он нам невероятно помог. Быть может, этот наш опыт и стал одним из импульсов к тому, чтобы Иван стал писать самостоятельные тексты. Мы даже, балуясь, выпускали свой рукописный журнал, который иронично обзывали «Птица и грим», где и рождались тексты из наших игр в буриме и бесконечного коллективного сочинительства. Иван как бы был нашим главным редактором, собиравшим из этих нелепиц и баловства очень «смешные» тексты. Процесс был необратимый, Иван по неизвестным мне мистическим путям ушел в этот мир, и теми же, для меня необъяснимыми, путями к нему стали приходить совсем не «смешные» и уже нешуточные тексты. Мы разъехались, он вернулся в Иркутск и создал там свой театр, где поставил со своими актерами-однокурсниками собственную пьесу «Сны». Одновременно поступил в Щукинское театральное училище — мы сговорились, что ему необходимо продолжать образование, и это стало новым витком наших взаимоотношений. Еще дорабатывая на Камчатке, но часто приезжая в Москву, мы сделали читку его новой пьесы «Валентинов день» в «Театре.doc» — пространстве, которое только родилось и уже было для меня особенным и очень важным.

— Потом Иван со своими ребятами переезжает в Москву и начинает играть в «Театре.doc» галлюциногенные «Сны».

— Да. И вот через год появляется «Кислород». 2002 год, конец августа. У Вырыпаева готово несколько сцен-композиций «Кислорода», которые нарушают мое привычное существование и понимание театрального бытия. Мы начинаем репетировать. И 29 сентября собираем первый большой зрительский показ. Так совершенно неожиданно родился тот текст, о котором мы думали и о котором мечтали, работая над «Горем от ума». Он давал возможность говорить открыто перед зрительным залом о том, что нас волновало и что не давало нам покоя. Где не нужно было прятаться за привычного персонажа, но в то же время можно было не бросать великую иллюзию театра. Все, о чем говорили артисты со сцены в оглушительном темпе и с нескрываемыми драйвом и иронией, начинало рождаться в головах у людей. Наша идея заработала! Все это облекалось в форму концерта. Мы — как бы маленькая музыкальная группа. Иван признавался в своей мечте: я хочу петь. «Кислород» дал повод сказать ему: «Вот и будешь его петь». Это и стало окончательным решением: этот текст надо петь. Тогда же он стал особенным способом записываться на бумаге, как поэтический песенный текст.

— Хочется увидеть на сцене подлинного человека, но, с другой стороны, не любой подлинный человек на сцене интересен. Согласен? Кто твои актеры?

— Речь же не о том, что актер выносит на сцену себя самого. Он выбрасывает туда свои размышления о человеке и нашем так трудно постижимом мире. В «Кислороде» история о Саше и Саше заканчивается большим вопросом к миру и к самому себе — кто же я такой? И Ваня, и Арина (Арина Маракулина. — Ред.), и Света (Светлана Иванова. — Ред.), когда она заменяла Арину в «Кислороде», были людьми, которые приходили на сцену прямо с улицы, раздевались тут же, на сцене, и без театральных пристроек и смущения буквально выкрикивали бесконечную череду вопросов, требующих сиюминутного ответа. Нам просто необходимы были публика и непременно целиком заполненный маленький зал, который тогда казался нам огромным. Необходимо было создать это напряжение между залом и нами, сознательно выходящими на сцену, чтобы прокричать эти важные слова. Ходят легенды, что на «Кислород» с самого начала было невозможно попасть. Но были моменты, когда мы обзванивали всех своих друзей и друзей друзей, мы ходили по переулкам и буквально собирали публику, чтобы в зале обязательно было ощущение, что здесь собираются такие же неспокойные люди, как герои, через которых мы озвучивали мысли и чувства задыхающегося от несовершенства мира человека.

— Помнишь, на гастролях «Новой драмы» в Тольятти в 2003 году не были проданы билеты, и продюсер Надя Конорева вынесла ящик пива студентам, гулявшим у фонтана, и обещала пиво тем, кто пойдет на спектакль. И был аншлаг. Тогда спектакль посмотрел Клавдиев, говоривший потом, что после «Кислорода» решил: есть такой театр, для которого стоит писать.

— Да, конечно, помню, это был очень важный спектакль. Слава Дурненков тоже был на том спектакле и потом признавался, что «Кислород» перевернул его прежнюю жизнь. Помню, мы ночью долго сидели в подвале у Вадика Леванова на Голосова.

— Так вот в «Кислороде» на сцене от первого лица говорил харизматичный Ваня — и тебе бесконечно были близки его интересы и размышления. Но работает ли это с другими артистами?

— По-моему, работает, потому что человек, которого ты видишь на сцене, не играет какую-то роль, не прикрывается персонажем, а буквально препарирует самого себя. Ведь не случайно нашим закрепленным на долгое время театральным пространством стало так называемое лобное место — и в «Кислороде», и в «Бытии номер 2», и «Июле». Мы всегда задавали себе один и тот же вопрос: почему мы сюда выходим, про что мы сегодня будем играть? Помню, однажды Иван сказал: я понял, зачем мы произносим этот текст — потому что мы не можем его не произносить. Он как чем-то опаленный это сказал. И для меня что-то сложилось. А дальше на сцене с ним стали происходить метаморфозы. Каждый раз, когда Иван выходил на сцену, он как будто преодолевал самого себя, преодолевал то, что в жизни преодолевать невозможно; так собиралось какое-то особенное, идеальное пространство для внутреннего крика, для самых важных своих мыслей и вопросов. И за какие-то считанные минуты его коммуникации со зрительным залом рождался новый Иван Вырыпаев. Я видел это, на моих глазах с ним это происходило. И вместе с ним я то же самое переживал — какое-то внутреннее бесконечное строительство. При том что я был уже достаточно взрослый человек, не наивный юноша, по крайней мере, но я искренне был этим не просто увлечен — я жил этим. 

Вырыпаев — великий провокатор.

— «Иллюзии» так же на тебя воздействуют?

— Да, сегодня тот же процесс продолжается, когда я думаю об «Иллюзиях». Этому тексту не один уже год, а я бесконечно возвращаюсь к нему, потому что он все равно для меня является каким-то важным и даже спасительным. Для моих любимых артистов Художественного театра Игоря Золотовицкого, Дмитрия Брусникина, Яны Колесниченко и Светы Ивановой, которая сегодня вливается в труппу театра, мне кажется, это тоже невероятно важный и значимый текст. Мы на репетициях так самозабвенно и трепетно переворачиваем и перетряхиваем свою жизнь, что нам зачастую даже не хватает времени на саму репетицию. Большую часть времени мы обмениваемся какой-то особенной информацией — той, которая, казалось бы, ушла во внутренние наши архивы, но вдруг по каким-то законам она всплывает и переосмысливается вместе с сиюминутным временем. Текст заставляет нас что-то заново пережить. Чтобы найти эту неуловимую свою «новую искренность», нам важно перебрать наше все-все, и более интересных репетиций с точки зрения человеческого познания и очарования я не знаю. Будто мы друг с другом заново знакомимся, а я заново влюбляюсь в этих исключительных, особенных людей. Нам бывает безумно весело, безумно грустно, но всегда не хочется, чтобы заканчивались эти репетиции. Иду на них счастливый, мы будто и не работой занимаемся.

— Однажды я читала доклад о новой драме в Принстонском университете на конференции славистов и представляла там «Иллюзии». Студенты должны были прочесть пьесу по ролям. Познакомившись с ней, они были неприятно поражены: «И это хваленая русская новая драма? Да нет, это мексиканское мыло!» Такое часто происходит с текстами Вырыпаева. Когда их читаешь глазами, они кажутся пылкой графоманией. Но в твоих или его собственных спектаклях возникает огромная прибавочная стоимость.

— Нет-нет! Иван — великий провокатор. Он придумал такой способ воспроизведения истории, когда она открывается не сразу и без высокомерия. Очень важно распознать, расслышать его особенную интонацию, она решает все. Помню, как Ивана увлекал спектакль Клима, который играл артист Лыков — он так быстро-быстро произносил текст, и в этот момент что-то рождалось за текстом. Как и в оперном пении. Мы ведь слышим не слова, а нечто сверх них. То же происходит с текстами Ивана. В прошлом году Казимир Лиске поставил спектакль «Иллюзии» в Нью-Йорке, он имел успех. Не буду утверждать, что Казимир пользуется теми же ключами при работе с текстом, но и не исключаю этого, потому что он — часть нашей лаборатории: он был моим студентом в актерской школе, потом попал в лабораторию интегрального театра Ивана в «Практике»; я думаю, спектакль, который родился в Нью-Йорке, — это часть нашего общего опыта. Может быть, этот «ключ» — еще одна иллюзия, но, мне кажется, он работает. Для меня тексты Достоевского и Толстого стали по-другому звучать благодаря всему предыдущему опыту. Тексты Ивана той же природы. Иногда, сердясь на его бесконечные опыты в жизни и желая, чтобы он был более сосредоточен на литературной работе, вдруг осознаю, что в его бесконечной экстремальности, в закидывании своего собственного «я» в разные опасные зоны и есть природа его творчества. А иногда даже не понимаю, как они у него рождаются, эти тексты. Читаю и думаю — ну вот как он мог это написать? Тут тайна какая-то. Как будто он что-то слышит. Если я получаю это из его текстов, то он еще где-то это слышит. Где? А я только его ретранслятор. Ведь для меня профессия режиссера вторична. Смешно звучит?! Но ведь в начале же было слово…

— Да, но сами по себе эти тексты закрыты наглухо — для меня, по крайней мере. Я слышу их только в твоих спектаклях. Думаю, между вами необычная связь. Другое дело — текст Наташи Ворожбит. В нем все содержится еще до режиссуры — ее редкостное знание человека. Иррациональное знание умонепостигаемого человека. Как-то так.

— Тут было что-то мистическое. Очень люблю это поколение драматургов. Вспоминаю лабораторию, которую Михаил Угаров собирал в Ясной Поляне, Никольском-Вяземском. Вадик Леванов, Слава Дурненков и Миша Дурненков, Юра Клавдиев, Максим Курочкин, Наташа Ворожбит, Аня Яблонская — мы встретились в начале нулевых, и я постоянно за ними слежу, читаю их тексты и бесконечно ценю. Они очень важные люди для нашей культуры. Про Наташу думал: какая же она талантливая! И сама она — настоящая украинская женщина: очаровательная, магнетическая, соответствует своей фамилии. Но ее тексты для меня до сих пор не открывались. И вот этот текст. Приехав в Киев на фестиваль «Актуальная пьеса» в декабре, я знал, что там будут помимо прочего представлять новый текст Наташи. Но в тот день, когда его читали, мне уже нужно было уезжать. Она говорит: «Как жалко, что ты его не услышишь, мне так этого хотелось». И тут у меня возникло чувство, что я будто только за тем и ехал, чтобы она эту фразу произнесла. Прошу ее: «А ты мне вышли его». Она забывает, ей некогда. Потом высылает, но куда-то не туда. А мне нет покоя. Через неделю пишу Наташе: «Вышли текст, в конце концов!» Она высылает, и я, уже читая его, понимаю, что он оживает, «звучит» во мне, я его слышу. И что непременно начну с ним работать. Так всегда было с текстами Ивана — когда текст оживает и кажется, что он звучит где-то во мне самом.

— Ты умеешь быть практичным, но иногда кажешься блаженным, не от мира сего. Когда ты поставил «Пьяных», в стране начинался консервативный поворот. Или переворот. Весной, когда ты ставил спектакль, были опубликованы тезисы из «Основ государственной культурной политики», где говорилось: долой толерантность, да здравствуют традиционные ценности, Россия не Европа. И тут твой спектакль. «Пьяные» с их критикой европейских ценностей прозвучали в унисон с заявлениями чиновников. У меня было в тот момент чувство, что ты нечувствителен к контексту. И говоришь всегда: театр про человека. Но ведь человек живет в обстоятельствах, в политической ситуации, в общественном настроении, мы же в театре их не сдаем в гардероб. А ты раз — и отрешился. Так же было и с пьесой Наташи. Я слышу в этом тексте, что настало время и даже мертвые встали на Украине защитить свою землю. Но от кого защитить? От Москвы. И мы в Москве эту пьесу играем. Это правильно. Вопрос — как мы эту пьесу представляем публике. Помнишь, я спрашиваю: «Витя, а что мы напишем в релизе, о чем пьеса?» Ты говоришь, не моргнув: «О любви».

— Я не медиум, но и не только головой тексты воспринимаю. Например, могу думать, читая Макдонаха: «Как круто он пишет!» Или, например, Стоппард — моя любовь, читать могу его бесконечно. А сочинять его театральную версию даже не собираюсь. Не знаю как. Или просто не чувствую его звучащим на сцене. А здесь другое. Она как будто без границ, эта пьеса, — «Саша, вынеси мусор!» Знаю о ней только, что она про то, чего я не знаю. Она больше моего знания. Моего понимания происходящего в мире безумия и уж тем более этой разрушительной политической игры. Моих представлений о человеке. Думаю, Наташа и сама не до конца понимает, что ухватила в этой простой, казалось бы, истории что-то большее, чем просто сюжет для театральной пьесы. Там все же больше о какой-то внутренней человеческой силе, способной изменить мир. Понимаю, что театр почти всегда — вещь контекстуальная. Но чего хочется достичь мне самому — так это чтобы во время спектакля возникало то, чего мы не можем сами увидеть никогда, разумом осознать. Иногда тишина такая возникает в спектакле — и я слышу, как работает что-то в зрительном зале и что-то важное совершается.

— Света Иванова сперва не хотела играть. Что ее убедило?

— Она прочла пьесу глазами, и та ее как-то сразу не поразила, не захватила по-крупному. Но после нами подготовленной читки пьесы для петербургского фестиваля «Пять вечеров» все изменилось, пришло необходимое и долгожданное очарование. При чтении текст летел и открывал нам какие-то другие миры и смыслы. По-настоящему значимый текст может изменить и самого актера. Это как у Иоанна Златоуста — «душа словом прирастает». Ведь когда человек произносит молитву, в нем что-то совершается. Пьеса Ивана «Иллюзии» тоже как бы одна большая мантра, в которой более тысячи раз повторяется «любил», «люблю», «буду любить» и так далее — и вдруг попадаешь в какое-то пространство, когда это важное и нереализованное чувство начинает чем-то наполняться. Человек начинает расти.

— Что — или кто — убеждает тебя, что ты не шарлатан?

— Ну, наверное, мы все же все немного шарлатаны, наш Король частенько остается голым, что скрывать. Но часто сами зрители, среди которых бывают и мои учителя, убеждают меня в неиллюзорности нашего строительства. Запомнился приход на спектакль «Июль» Петра Наумовича Фоменко. Он позвонил через час после спектакля, и мы с ним разговаривали больше сорока минут, он делился впечатлениями, не давая мне вставить слово, и я говорил себе: «Неужели это сам Петр Наумович так взволнованно и увлеченно со мной говорит, более того — делится теми же мыслями и мечтами о “театре текста”!» Вот тогда на секунду и поверилось, что мы находимся в едином процессе поиска той не обозначенной еще неведомой, невидимой энергии, которая возникает помимо нашей воли от соприкосновения театра с текстом. Тогда, в нулевых, были люди, одержимые этой идеей. Хорошо помню: в «Театре.doc» у Михаила Юрьевича (Угарова. — Ред.) был такой термин — «обнуление актера». Круто! Хотя мне больше нравился термин Гротовского, говорившего о поиске «прозрачности» артиста. Но важно было, что мы постепенно приближались к пониманию нового театрального языка, новой модели театра, где может появиться место для по-другому звучащего слова.

— Когда в пьесе Ворожбит Саша возвращается в третьей части с того света, чтобы пойти на войну, то женщины говорят ему: нет, Саша, мы не потянем. И начинают ему какие-то меркантильные вещи объяснять: про то, что это дорого — снаряди тебя на войну, потом снова хорони, снова памятник ставь, а откуда деньги? Это самый важный для меня момент в пьесе: женщины обманывают мертвого, заговаривают ему зубы, говорят то, что его может убедить, — что его девочкам будет тяжело. А на самом деле они любят, хотят, чтобы все как прежде, но у него своя служба, военная, — а у них своя. Они на страже между жизнью и смертью. Они не пустят мертвое в мир живых — только так остановить войну.

— Да, по большому счету, это попытка расслышать тему, начатую древнегреческим театром. Новая «Лисистрата» — о том, что женщины могут изменить мир, остановить войну. Это самый важный момент в пьесе, ты права, и Света Иванова так тонко, так остро и круто это играет. Она впускает в себя этот текст, звучащий из уст этой украинской женщины, так, что возникает эффект присутствия уже совершенно другого, опаленного трагедией человека. У актрисы даже изменяется голос. Наши репетиции и здесь были для меня большим счастьем. Было трудно, больно, но счастливо. Артисты, с которыми я репетировал, — люди высокого профессионального достоинства и удивительных человеческих качеств. Тот же Саша Усердин — когда в третьей части его погибший персонаж возвращается к своим женщинам, приходит уже как какая-то гоголевская фантасмагория… И, может, уже помимо желания актера просыпается какая-то другая, потусторонняя реальность: «Девочки, что же вы делаете?!» И они такие: нет-нет, уходи, не пускаем, мол, пожалуйста, уходи. В этот момент и открывается унаследованный автором трагический гоголевский юмор. В пьесе Ворожбит вообще гоголевская атмосфера. Смешно, но совершенно нешуточные вещи совершаются. Выдающийся получился текст. Он больше чем про Украину, про любовь, мужчину и женщину. Он про что-то более важное. Может, это звучит и по-дурацки, но это про настоящее человеческое. Про то, что человек может быть искаженно некрасив, изломан, но интуитивно продирается к самому важному. Мамашка с дочкой и их Саша из пьесы Ворожбит — это все про меня. Они все во мне прорастают, в моей какой-то неосознанной памяти и моем существе.

Colta.Ru
16-06-2015


Анатолий Смелянский празднует юбилей, Театрал, [13-12-2017]
«Мы разбили себе голову в Художественном театре». Интервью с Анатолием Смелянским, Канал Культура, [12-12-2017]
Режиссер Виктор Рыжаков о кризисе честности: «Любить как-то не очень у нас получается», Афиша Daily, [29-11-2017]
Интервью с деканом факультета сценографии и театральной технологии Ольгой Неволиной, Фейсбук, [22-11-2017]
Самоубийство театра в школе-студии МХАТ, MuseCube, [20-11-2017]
К юбилею И.  Н.  Соловьевой, Экран и сцена, [16-11-2017]
Кирилл Крок: «Я отвечаю за каждую цифру», Театрал, [15-11-2017]
Профессор Школы-студии МХАТ Екатерина Чуковская: «У нас культура всё время вне тренда», Театрал, [5-11-2017]
Режиссеры МХАТ поставят пять спектаклей в Нижнем Новгороде, В городе N, [30-10-2017]
Устроительница Stanislavsky.lv: «Везем в Ригу Школу-студию МХАТ, один из сильнейших театральных вузов мира», LSM.LV, [9-10-2017]
Игорь Золотовицкий: Мракобесы объединяются, а цивилизованные люди – нет, Собеседник, [22-09-2017]
Игорь Золотовицкий: Такой государственной системы театров, как у нас, нет нигде в мире, Общественное российское телевидение, [8-09-2017]
Международная театральная образовательная программа: 25-летний опыт, Высшее образование в России, [1-08-2017]
Марина Дровосекова: «Молодой МХАТ-Сибири» — это невероятный опыт для молодых артистов, IrkutskMedia, [21-07-2017]
Чудо-спектакль, чудо-актеры, чудо-фестивal, Знамя (Братск), [17-07-2017]
Премьера спектакля Мастерской Брусникина «Лес» на Площади Сити, Москва-онлайн, [17-07-2017]
Чудо-чудо-фестиваль!, Life.Ru, [13-07-2017]
Гастрольные планы намерены расширить в рамках проекта «Молодой МХАТ–Сибири», IrkutskMedia, [13-07-2017]
В Братске впервые состоялся «РУСАЛ ФестивAL Театр», БСТ, [12-07-2017]
Знаменитая Школа-студия МХАТ на гастролях в Иркутской области, Вести Иркутск, [11-07-2017]
Спектакль о Корнее Чуковском представили в Иркутске студенты школы-студии МХАТ, Байкал ТВ, [10-07-2017]
В Братске ажиотаж на театральные билеты, БСТ, [7-07-2017]
Фоторепортаж: «ЧудоЧудоЧеловек» в Красноярске, NewsLab, [7-07-2017]
Красноярцам показали спектакль о жизни и творчестве Корнея Чуковского, ВГТРК «Красноярск», [6-07-2017]
Накануне в театре Пушкина прошел показ сказки Корнея Чуковского в постановке молодых МХАТовцев, ТВ «Енисей», [6-07-2017]
Студенты школы-студии МХАТ представят спектакль на сцене театра Пушкина, Центр Красноярск, [6-07-2017]
Ректор Школы-студии МХАТ Игорь Золотовицкий: “Главное – стать личностью!”, Хакассия-информ, [6-07-2017]
В Красноярск привезли постановку школы-студии МХАТ по Корнею Чуковскому, Городские новости, [6-07-2017]
Гастроли молодых мхатовцев прошли с аншлагом в Хакасии, Юг Сибири, [3-07-2017]
В Хакасии молодые МХАТовцы показали, «…чтобы нам было хорошо и прекрасно», ИА «Хакасия», [30-06-2017]
Школа-студия МХАТ в Хакасии: пусть в Москву приедут учиться из республики, Хакасия информ, [30-06-2017]
Мхатовцы открыли театральное лето в Хакасии, Хакасия, [29-06-2017]
Новая Сибириада, Коммерсант-Стиль, [29-06-2017]
Проект «Молодой МХАТ-Сибири» стартовал с «Горьковского дна» в Хакасии, ИА «Хакассия», [29-06-2017]
Абитуриенты штурмуют театральный Олимп, Вечерняя Москва, [27-06-2017]
«Вольное Дело» и En+ Group в третий раз организуют гастроли Школы-студии МХАТ в Сибири, ИА «Хакассия», [27-06-2017]
Русал привез в Саяногорск артистов молодежного МХАТа, Первое городство телевидение Саяногорска, [26-06-2017]
В Саяногорске побывал молодой МХАТ. , Юг Сибири, [26-06-2017]
Молодой МХАТ на иркутской сцене, Областная газета (Иркутск), [7-06-2017]
В Краснодаре показали спектакль выпускников Школы-студии МХАТ «Горький. Дно. Высоцкий», ТВ «Краснодар», [5-06-2017]
«Недомузыки» — квартира размером с мир, дыра внутри размером с Бога, Musecube, [29-05-2017]
Премьеру выпускного спектакля «Горький. Дно. Высоцкий» представили в Александринском театре, Телеканал «Санкт-Петербург», [23-05-2017]
Театральный экстаз, «Причулымский вестник» (г. Ачинск), [13-05-2017]
Горький. Дно. Высоцкий, Отсебятина (Ярославль), [27-04-2017]
«Старшие брусникинцы» интервьюируют «младших», Сила культуры, [25-04-2017]
Эй, живой кто-нибудь, выходи, помоги!, Страстной, 10, [18-04-2017]
Как театр стал местом новых возможностей для людей с инвалидностью, Сила культура, [5-04-2017]
Колыбельная Распутина, Аргументы недели, [30-03-2017]
Высокий средний уровень, Русский репортер, [29-03-2017]
Старикам тут место, Такие дела, [17-03-2017]
Здесь и сейчас, Кристина Матвиенко, Colta.Ru, [7-03-2017]
Король Лир оценен на отлично, Вечерняя Москва, [22-02-2017]
Вся жизнь в искусстве, КультМск, [10-02-2017]
«До и после» сцены, Светлана Наборщикова, Известия, [31-01-2017]
Брусникинцы пригласили на чай, Алексей Аджубей, Независимая газета, [31-01-2017]
Спектакль «До и после» — Театр Наций, Мнение, [30-01-2017]
Горький. Дно. Высоцкий, Ревизор.Ру, [28-01-2017]
Опубликована переписка двух любимых женщин Чехова, Московский комсомолец, [18-01-2017]
«Два года мне пришлось служить в монастыре», Lenta.Ru, [16-01-2017]
«День опричника» в «Ленкоме» – на фоне «Нации», студенческого спектакля Мастерской Дмитрия Брусникина, Сноб, [28-12-2016]
«Осмыслить время — сейчас самое необходимое», Коммерсантъ Lifestyle, [17-12-2016]
В Москве отметили 25-летие совместной программы Школы-студии МХАТ и Центра Юджина О`Нила, Ведомости, [15-12-2016]
Андрей Воробьев: «У „Мастерской Фоменко“ нет свободного времени», Театрал, [13-12-2016]
Виктор Рыжаков: «Театр похож на спорт: нужно находиться в постоянном тренинге», Вечерняя Казань, [29-11-2016]
Брусникинская театральная вселенная, Watch Russia, [21-11-2016]
Миг между прошлым и будущим: “До и после” на фестивале ТЕРРИТОРИЯ, Анна Банасюкевич, Ревизор.Ру, [20-11-2016]
Театральный педагог с большой буквы, Вечерняя Москва, [10-11-2016]
На улице Чаплыгина открыли мемориальную доску Виктору Монюкову, Новости культуры, [10-11-2016]
Игорь Золотовицкий: «Мне есть, у кого учиться, спасибо Олегу Павловичу!», Театральный мир, [2-11-2016]
Миг между прошлым и будущим: “До и после” на фестивале ТЕРРИТОРИЯ, Анна Банасюкевич, Ревизор.Ру, [28-10-2016]
Что движет светилами, Марина Токарева, Новая газета, [24-10-2016]
Фестиваль современного искусства «Территория» завершился необычным проектом, Новости культуры, [21-10-2016]
Все премии ведут в Рим, Российская газета, [16-10-2016]
Дмитрий Брусникин: «Театры нужно отдавать молодым», Harpers' Bazaar, [13-10-2016]
Леонид Ошарин. Жизнь на два фронта, Театрал, [3-10-2016]
«Горький. Дно. Высоцкий», Свободная пресса, [15-09-2016]
«Мастерская Петра Фоменко» научит студентов зарабатывать, Известия, [29-08-2016]
Антон Гетман: «Второй Большой театр строить не буду», Екатерина Васенина, Новая газета, [24-08-2016]
Дмитрий Брусникин: «Не может быть традиционного театра», Петербургский театральный журнал, [22-08-2016]
Виктор Рыжаков: «Школа Станиславского умерла вместе с ее величайшим автором», Новые известия, [11-08-2016]
Пазл из слоновой кости, КоммерсантЪ, [22-07-2016]
Опера за горизонтом, Алена Карась, Российская газета, [20-07-2016]
Сергей Новосад: Гастроли курса Райкина в Шелехове вдохновили меня учиться на актера, Областная газета, [20-07-2016]
Песни о войне и мире от молодого МХАТа, Областная газета, [20-07-2016]
Игорь Золотовицкий: «Актер — профессия, от которой надо спасать людей», Известия, [15-07-2016]
Гастроли выпускников Школы-студии МХАТ проходят в Сибири, Канал «Культура», [12-07-2016]
Виктор Рыжаков: Мы должны расширять рамки представления о театре, РИА VladNews, [2-07-2016]
МХТ обогатился Девятой студией, Известия, [27-06-2016]
Выпуск актерского курса Рыжакова Школы-студии МХАТ становится Мастерской, РИА Новости, [27-06-2016]
Бандерас для небедных, Гудок, [24-06-2016]
Дмитрий Брусникин — о новом сезоне в «Практике» и депрессии двадцатилетних, The Village, [24-06-2016]
Игорь Золотовицкий: «С каждым годом все труднее находить звезд», Вечерняя Москва, [19-06-2016]
Издана долгожданная книга Инны Соловьевой о Первой студии и Втором МХАТ, Анастасия Арефьева, Театрал, [18-06-2016]
55-летие отмечает актер, ректор Школы-студии МХАТ Игорь Золотовицкий, Новые Известия, [17-06-2016]
«Всегда стараюсь оставлять форму открытой», КоммерсантЪ — Воронеж, [16-06-2016]
Студийцы МХАТа подмигнули Сталину, Российская газета, [14-06-2016]
Наивная эпоха. Платоновскую «Фро» поместили в стилистику советского кино, Аргументы и факты. Воронеж, [12-06-2016]
Главный враг классики тот, кто под прикрытием лозунгов о ее «вечности» провоцирует имитационное освоение классических романов, Православие. Ру, [8-06-2016]
«Бронзоветь — это не интеллигентно», Т. Владимирова, КоммерсантЪ — Lifestyle, [8-06-2016]
О старости – с любовью и без грусти, Республика Татарстан, [6-06-2016]
Мир под названием «Молодость», Эксперт Татарстан, [6-06-2016]
Уроки прошлого от Школы-студии МХАТа для казанцев и не только, Комсомольская правда в Казани, [4-06-2016]
Дмитрий Брусникин: «Театр-дом – это внутреннее понятие», Экран и сцена, [28-05-2016]
«Балтийские сезоны — 2016»: Студенты МХАТ превратились на сцене в стариков и старух, Комсомольская правда, [20-05-2016]
Алексей Розин, актёр, OpPeople, [28-03-2016]
Виктор Шилькрот: Стало скучнее, но не только в Перми, Новый компаньон, [15-03-2016]
Поезд идентичности, Colta.Ru, [4-03-2016]
Колёса диктуют вагонные…, Гудок, [2-03-2016]
Ольга Привольнова: «Вот люди, вот поезд, и что нам вместе дальше делать», Школа документального кино Марины Разбежкиной, [27-02-2016]
Дмитрий Брусникин: «Чтобы что-то полюбить, нужно это увидеть», Дождь, [19-02-2016]
«Сашенька, как мы скучаем по тебе…», Санкт-Петербургские ведомости, [15-02-2016]
Чужая жизнь, Алексей Гончаренко, Лучший из миров, [2-02-2016]
Игра с документом, Кристина Матвиенко, Лучший из миров, [2-02-2016]
«Ответственность перед зрительным залом мобилизует», Ольга Егошина, Новые Известия, [2-02-2016]
Великий Сибирский Путь… веры, Гудок, [2-02-2016]
Игорь Золотовицкий: «Театр меняется так же, как и общество», Биржа (Нижний Новгород), [19-01-2016]
Молодые таланты МХАТа, Патриоты Нижнего, [13-01-2016]
Режиссёр Брусникин на РСН: В Москве не хватает независимых театральных площадок, Русская служба новостей, [27-12-2015]
Документальным спектаклем «Несовременный концерт» завершились гастроли школы-студии МХАТ в Нижнем Новгороде, ННТВ, [24-12-2015]
«Началось новое удушение», Радио «Свобода», [13-12-2015]
«Началось новое удушение», Радио «Свобода», [13-12-2015]
Выпускники Школы-студии МХАТ представили «12 подвигов Гагарина», Канал Культура, [11-12-2015]
Творчество людей с инвалидностью: театральные перспективы Жени Ляпина, РИА «Новости», [7-12-2015]
От первого лица: Игорь Золотовицкий, Культура Москвы, [27-11-2015]
Постигая секреты магического языка, Литературная Россия, [20-11-2015]
Дифирамб: Евгений Писарев, Ксения Ларина, Эхо Москвы, [11-10-2015]
«Современное искусство становится частью сегодняшнего театра», Театрал, [7-10-2015]
Театр «Человек» открыл сезон «Наташиной мечтой» и Димой Биланом, Независимая газета, [30-09-2015]
Театр для жителей города, Мослента, [15-09-2015]
Заметка о любви, Театрон, [14-09-2015]
Виктор Рыжаков: «Мне казалось, что к войне невозможно привыкнуть», TheatreALL, [11-09-2015]
«Когда в стране кризис — это импульс к развитию театра», Байкальские вести, [4-08-2015]
«В театре главное, чтобы все было про человека», Андреа Поркедду, Новые известия, [21-07-2015]
Пространство сновидения, Экран и сцена, [16-07-2015]
Мастерская Брусникина: открытая биография супер-труппы, Елена Киселева, ТеатрAll, [10-07-2015]
Курс Дмитрия Брусникина станет частью театра-студии «Человек», Канал Культура, [7-07-2015]
Современное эхо «Несовременного концерта», Байкальские вести, [6-07-2015]
МХАТ с доставкой на дом, Мичуринская мысль, [3-07-2015]
Эта дорога ведет к театру?, Григорий Заславский, Независимая газета, [2-07-2015]
Выпускники Школы-студии МХАТ с дипломами получили театр, Большая Москва, [30-06-2015]
«Побеждает разум, а не мракобесие», Иркутский репортер, [30-06-2015]
Начинающим актерам подарили собственный театр, Вечерняя Москва, [29-06-2015]
«Брусникинцы» отметят выпускной бесплатным концертом в саду «Эрмитаж», БизнесFM, [29-06-2015]
В Школе-студии МХАТ проходят вступительные экзамены, Канал Культура, [29-06-2015]
Взаимное внедрение, SygMa, [28-06-2015]
Времени нет, Восточно-Сибирская правда, [26-06-2015]
На московскую сцену можно подняться в Иркутске, Телекомпания „Аист“, Иркутск, [25-06-2015]
Актёры Школы-студии МХАТ выступили в Иркутске, ГТРК «Иркутск», [25-06-2015]
Старость – это свобода, или «Несовременный концерт» из будущего, ГлаголЪ. Иркутское обозрение, [25-06-2015]
В Мичуринск с большими гастролями приехал «Наш городок», Мичуринская правда, [23-06-2015]
Поступай как знаешь, ТеатрAll, [19-06-2015]
Не радужное прошлое, Театрал, [16-06-2015]
«Профессия режиссера вторична», Colta.Ru, [16-06-2015]
Переворот сознания, Театрал, [16-06-2015]
В Сибири пройдет гастрольный тур Школы-студии МХАТ им. Чехова, Энергоньюс, [10-06-2015]
Кристальный слон, Сигма, [10-06-2015]
«Рома». Друзья написали книгу о режиссере Романе Козаке, Вечерняя Москва, [10-06-2015]
Воронежцам показали попурри из Платонова, Российская газета, [9-06-2015]
«Правила поступления», OpPeople, [9-06-2015]
«Без тебя скучно!», Новые известия, [9-06-2015]
Алла Сигалова рассказывает о книге «Рома», Канал Культура, [8-06-2015]
С литературного на театральный. Как студенты МХАТ показали мир Платонова языком драмы, РИА Воронеж, [5-06-2015]
Топ-5 спектаклей июня, The Vanderlust, [3-06-2015]
Отзыв. Отклик. Ну, как-то так…, Марина Дмитревская, Петербургский театральный журнал, [3-06-2015]
В Дедовске поставили спектакль «Волоколамское шоссе» о битве за Москву, Подмосковье, [25-05-2015]
Другое Волоколамское шоссе…, Истринские Вести, [24-05-2015]
Между прошлым и будущим, Литературная Россия, [22-05-2015]
Театр должен анализировать ситуацию вокруг, Аргументы недели, [21-05-2015]
Дмитрий Брусникин: «Созрела потребность, чтобы это поколение смогло высказаться как поколение», Театрал, [20-05-2015]
В Краснодаре прослушали желающих поступить в Школу-студию МХАТ, МК — Краснодар, [20-05-2015]
Prigov's Works Put The'Revolt' Into Revolution, Джон Фридман, The Moscow News, [20-05-2015]
Из более ста претендентов отбор в Школу-студию МХАТ прошли четыре кубанца, Кубань Инфо, [17-05-2015]
Темперамент и обаяние демонстрировали будущие актеры, Россия — Кубань, [17-05-2015]
Дмитрий Брусникин. На ночь глядя. Выпуск от 14.05.2015, Первый канал, [14-05-2015]
Что требуется от поступающего в театральный, чтобы пройти хотя бы первый тур?, The Question, [14-05-2015]
В Краснодаре прошло прослушивание в Школу-студию МХАТ, Кубань 24, [14-05-2015]
Академик Гринберг: «У нас сегодня нет ни жесткой диктатуры, ни хорошо работающей демократии», Банкир. Ру, [29-04-2015]
Виктор Рыжаков: Надо сторожить в себе человека, или В бой идут одни старики…, Культурная эволюция, [25-04-2015]
Бесы-брусникинцы в «Боярских палатах», МИР, [15-04-2015]
"Уж какая тут свобода…, Анна Банасюкевич, ПТЖ, [10-03-2015]
Дифирамб с Игорем Золотовицким, Ксения Ларина, Эхо Москвы, [8-03-2015]
Дмитрий Брусникин: «Это становление мозгов», OpPeople, [25-02-2015]
Дифирамб с Дмитрием Брусникиным, Эхо Москвы, [22-02-2015]
Маска из глины, Start Up СТД РФ, [13-02-2015]
Алла Сигалова: Зачем конфликтовать? У нас жизнь такая короткая!, Вечерний Петербург, [13-02-2015]
Переворот, Татьяна Лисина, Русский журнал, [31-01-2015]
«Переворот» в «Практике»: слабоумие и отвага, Воздух. Афиша, [27-01-2015]
Плач по Конармии и земле, Санкт-Петербургские ведомости, [26-01-2015]
Лауреат «Золотой маски» Юрий Муравицкий и брусникинцы совершили «Переворот», Business FM, [22-01-2015]
Культурная «Революция», Кира Владина, Ваш досуг, [19-01-2015]
Театр «Практика» представил спектакль-провокацию по Пригову, Телекомпания МИР, [19-01-2015]
Музыка революции, Рабкор, [18-01-2015]
Дмитрий Брусникин: “Наступает время, когда очень важно быть честным”, Interview, [15-01-2015]
Фолкнер. Тишина, OpPeople, [11-01-2015]
От топота копыт, Камила Мамадназарбекова, Лехаим, [9-01-2015]
9 вопросов для Дмитрия Брусникина, Пресс-служба МХТ имени А. П. Чехова, [25-12-2014]
Купание красного коня, Минна Литинская, Русский журнал, [11-12-2014]
Материя в движении, Роман Должанский, КоммерсантЪ, [5-12-2014]
Марина Васильева: Все люди как люди, а я – актриса, Псковская правда, [5-12-2014]
«Конармия» вперед летит. На сцене постановка, Вечерняя Москва, [3-12-2014]



© 2002—2017 Школа-студия МХАТpublic@mxat-school.ru