Logo
Title
Title



Главная :: Пресса :: Триста акул в глотку
Хроника жизни одного цеха
Социальные этюды на сцене МХАТ

Как изменился театр! — Непринужденно, без видимых технических трудностей, с хроникальной убедительностью предстает на сцене мартеновский цех. Гудят печи. Лавообразкые, вулканические процессы внутри этих гигантских «кастрюль» завораживают зрителя кинематографической подлинностью. С самого верха по диагонали, похожие на плиты металла, под грохот «хроникального» звучания стремительно опускаются «ставки», быстро и точно меняющие места действия, перебрасывающие его со скоростью экранного «затемнения» Разъезжают цеховые «кары», аккумуляторные тележки, механизированные «слуги просцениума», остроумно совместившие две функции — смену реквизита и образное наполнение движением, характерным для металлургического завода.
В основе эстетики спектакля лежит кинематографический монтаж подлинностей. Общий фон происходящего — работающий цех, похожий на басовый ключ симфонии (полифоничность свойственна спектаклю). И множество различных звонких мотивов-зарисовок: «Душевая», «Квартира», «Ларек», «У лифта», «Столовка», «Вестибюль», «Кабинет».
Сорок лет назад, в эпоху романов «Время, вперед!», «Не переводя дыхания», «Гидроцентраль», появилась драматургия, не обладавшая, как казалось, всеми признаками драматургии — всеми сразу! Молодой газетчик, печатавший очерки о строительстве Тракторного, предложил страницы с диалогами стенографической точности руководителю Театра Революции. Таким неожиданным способом возникли пьесы «Темп», «Поэма о топоре», которые даже серьезные критики долго не считали «окончательно» пьесами, но которые все-таки были пьесами, но только иной драматургии. Много позже автор этих пьес говорил об их несовершенстве и с уникальным своим юмором вспоминал себя, молодого, не признававшего великих законов труднейшего литературного жанра еще и оттого, что эти законы не очень ему тогда давались. Для него главное заключалось тогда в ином — дать коллективный портрет поколения рабочих начальной, романтической поры индустриализации. 
И вот Москва — театральный сезон 1972-1973 года. Сцена Художественного театра. Спектакль «Сталевары». (Постановка О. Ефремова, режиссер-стажер Л. Монастырский) И то, что происходит, напоминает те далекие дни, когда недавний разъездной корреспондент «Правды» Николай Погодин и Алексей Попов, художник, наделенный тонким социальным слухом, пошли на художественный риск.
Однако что же это такое сейчас?
Повторение пройденного? А может быть, воскрешение традиций, обогативших театр? Ответ должен дать спектакль, его контакт с публикой. мысли и чувства, им вызываемые. А ситуация действительно напоминает ту, «погодинскую». Судите сами. Геннадий Бокарев — в прошлом инженер-металлург, в недавнем прошлом журналист, сотрудник студии телевидения Свердловска. Это его первая пьеса. За ним преимущество документальной осведомленности о среде и месте действия, — так сказать, магнитофонной точности диалоги. Нет нужды говорить о природе таланта Олега Ефремова, ко об одной его стороне в критике говорилось мало. О точности социального портретирования, о его не опосредованном профессией ощущении «современного момента», как сказали бы сорок лет назад. Пьеса создавалась Бокаревым в театре. Сказать честно, у автора пока те же затруднения с законами жанра, что и у молодого Погодина.
Итак, на сцене театральность, извлеченная из грохочущей заводской реальности.
Но если перевести дыхание. ..

Все людское обилие, что есть в этом спектакле, все его многоголосие, его праздничное движение, то хором, то репликами, то судьбой в стороне, то драмой на авансцене, — собирается вокруг двух начал.
Вот первое. Его объемно, разнообразно, со знанием нюансов этого типа характера создает Евгений Евстигнеев.
Он человек общественный, третий подручный сталевара — Петр Хромов, но его общественное чувство не выходит за пределы бригады. Трудно сказать, почему — может быть, он так научен своей жизнью. Во всяком случае, обиходная мудрость «моя квартира с края» и «пусть об этом начальство думает — оно за это зарплату получает!» — не звучит в его устах лишь прописными истинами мещанства. Он человек справедливый и даже, если трое полезли на него одного, считает, что «он в порядке», ибо каждому из троих от него доставалось. Его любовь — в сущности, глубокое чувство, стыдливо прикрываемое остроумием. Правда, его остроумие на грани цинизма, но только на грани. У него тысяча способов контакта, он душевен, и за душой у него не пусто. Он оберегает свое человеческое и рабочее достоинство, но, как говорится, на стену не полезет или, как он изъясняется, — на горячую плиту даже в штанах не сядет — потом, знаете ли, и на стул будет больно садиться! Он знает свою правду, свой тайный нравственный закон и каждый поступок как бы проверяет по этому внутреннему «отвесу». Он обаятелен и лукав, весел и печален, человечески подвижен и добр.
И много раз, даже если правда не на его стороне, он кажется нам симпатичнее и ближе, нежели тот, другой. Хотя другой нередко и защищает бесспорно верные положения — необходимость профессиональной честности каждого рабочего (да и не только рабочего — каждого работающего!) И у него кругозор, позволяющий ему в качестве своего нравственного «отвеса» держать в сознании общее — взаимозависимость всех частей экономики, мировые стандарты, если можно так сказать, жизненное, а не житейское.
Другой — это Виктор Лагутин, тоже подручный сталевара, но силой обстоятельств, «вне очереди», вышедший в мастера (в этой роли дебютирует яростно отдающий себя спектаклю В. Расцветаев). Он тоже человек общественный, но его общественное чувство, напротив, не входит в пределы бригады, и тем более не «опускается» до отдельного ее работника. Если уподобить внутренний мир человека внутриатомной структуре, то в нее Лагутин не вхож, энергия ее остается ему чуждой. Он справедлив впрямую, «арифметически»: если трое на одного — это плохо. Всегда. Он бирюк характером, неподвижен, не очень обаятельный, а порой просто зол и нечуток. Скажем откровенно, театр не симпатизирует ему, но не сокрушает. Театр исподволь подводит нас к мысли, что характер этот на нынешнем его этапе и в современных общественных условиях не может быть носителем социального и экономического прогресса. Но это исподволь. Это, если довести до логического конца нравственные коллизии, которые нам предлагаются. А на спектакле каждый раз мы должны заново разбираться в столкновении этих двух человеческих начал. Кто прав? Кто виноват? Каждый раз заново, ибо стандартных ситуаций для искусства не существует. И приложить это самое стандартное: «положительный, но с оттеняющими эту положительность недостатками» или «отрицательный, но заслуживает критического снисхождения» мы, слава богу, к этим двум характерам не можем! Постепенно, и скорее всего после спектакля, нас занимают вопросы иные. Мы думаем и о том, в частности, что же в конце концов воспитало в Петре Хромове его практичную философию, так сказать, «на каждый день»? И, напротив, — как формируются люди. считающие душевность, стремление понять другого, дружескую поддержку и преданность, необходимую гибкость в отношениях и, наконец, обыкновенную доброту — не теми духовными ценностями, которые необходимо должны сопутствовать общей правде?

Обаятельное «вечное движение» этой заводской вселенной театр подкрепляет абсолютной, тоже «кинематографической» узнаваемостью отдельных фигур. Она возникает в движущемся ансамбле спектакля, если и не у всех, то у многих. Например, у Е. Киндинова, у Б. Щербакова, у Г. Епифанцева, у В. Кашпура, у Н. Никольского — все они играют подручных сталевара. У Л. Стриженовой, у С. Семендяевой, первая исполняет роль крановщицы, вторая — секретарши. У А. Покровского, дающего трагически жалкую фигуру спившегося рабочего. Наконец, у А. Георгиевской, с беспощадной точностью набрасывающей портрет продавщицы Клавы.
Это фигуры одного штриха, но штриха точного. «Конформист», «Шахматист», «Ходок», «Желающая выйти замуж», «Стеснительная» — можно и так их обозначить.
Узнаваема речь, непрерывно и плотно звучащая со сцены. Язык эпохи распространения радио и телевидения, особенно телевидения, газет и всеобщего среднего образования, когда термины политики, науки, спорта, искусства входят в массовый обиход. Свидетельство культурного развития, но и звукозапись «культурного» жаргона тоже. Слух автора на эту повседневную речь своих героев бесспорен, но временами его увлекает возможность броской «подачи» ее, и тогда образуется излишняя густота, репризность.
Чувство локтя исполнителей, их отдача себя этому спектаклю, существование в едином ритме — все это создает обширный сценический мир, то притягивающий зрителя, то отпускающий его, но с каждым новым поворотом действия все более увлекательный.
Но есть фигуры центральные. И есть критерии высоты и профессиональной силы современного актерского искусства. Эти критерии представляются нам той целью, к которой теперь должен стремиться хорошо идущий и хорошо принимаемый, публикой спектакль. Поэтому нельзя не сказать — это было бы неуважением к значительной работе театра, — что здесь не все хорошо. Даже Е. Евстигнеев в роли Петра Хромова, глубоко и серьезно проводящий основные сцены, порой чрезмерно «любит» прием. В. Расцветаев бывает слишком прямолинеен в передаче прямолинейности своего героя, а это, как известно, противопоказано самой технологией актерского мастерства. У Н. Гуляевой нет еще нужной документальности в портрете молодой работницы, которая так удалась ей в фильме «Твой современник». Поверхностно «разоблачает» своего героя П. Чернов. Нет необходимой стабильности у В. Давыдова, с энтузиазмом исполняющего роль старого сталевара. А. Михайлов, играющий мастера, «пережимает», увлекаясь сквозной репликой своего текста…
И все-таки оптимистично и плодотворно это воскрешение и развитие той традиции, что связана в нашей театральной истории прежде всего с именами Н. Погодина и А. Попова. Спектакль, в котором проявились сильные черты О. Ефремова-художника, — своеобразные социальные этюды о жизни нынешних рабочих людей. Здесь есть живая мысль и современная и честная постановка проблем.

Комсомольская правда
Александр Свободин, 27-01-1973


Триста акул в глотку, А. Борисова, Вечерняя Москва, [19-09-1996]
Психушка в «Табакерке», Вадим Михалев, Век, [2-02-1996]
ПОЭТ, Надежда Малышева, «Театральная жизнь», № 8, [1996]
«СЕРГЕЙ», Век, [1996]
Самые новые романтики, Ольга Шакина, Новое время № 47, [1996]
Талант, Елена Ямпольская, Известия, [7-12-1995]
Мой Петр родился в третий раз, Мария Хализева, Культура, [2-12-1995]
Российский «Псих» потряс даже автора, Наталия Колесова, Вечерний клуб, [28-11-1995]
Психотерапия от Житинкина, Елена Курбанова, Московская Правда, [22-11-1995]
Из интервью «Неоднозначный Калягин», Мир новостей, [6-11-1995]
В нашем доме ваша тетя. Она нам поможет? А мы - ей?, Российская газета, [22-09-1995]
Политикам не присуще владение словом, Сегодня, [2-08-1995]
Последние: Великая драма Горького, Марина Благонравова, The Moscow Tribune, [24-04-1995]
«Нужно о детях говорить в это страшное время?», Ирина Шведова, Московская Правда, [31-03-1995]
Обижают!, Александр Соколянский, Театральная жизнь, [1995]
ПОСЛЕДНИЕ НЕ СТАНУТ ПЕРВЫМИ, Марина Давыдова, Театральная жизнь, [1995]
Буревестник революции залетел в табакерку, Алексей Белый, Комсомольская правда, [1995]
«Последние»: очень своевременная пьеса, Александр Соколянский, Неделя, [1995]
Сочетание несочетаемого, Юрий Фридштейн, Экран и сцена, [15-09-1994]
Не только цирк., Григорий Заславский, Независимая газета, [4-08-1994]
Руководство для желающих жениться, Александр Шевляков, Вечерний клуб, [16-07-1994]
Et cetera, но снова все же Чехов, Наталия Балашова, Московская правда, [24-06-1994]
Отрицательные эмоции должны иметь свой выход, Петр Фоменко, Театральная жизнь, № 2, [02-1994]
АНТИВОЕННАЯ ТАЙНА МАЛЬЧИША БУМБАРАША, Екатерина Шакшина, Вечерний Екатеринбург, [3-09-1993]
ИСТОРИЯ С БУМБАРАШЕМ, Галина Брандт, На смену, [25-08-1993]
СНОВА БУМ-БА-РАШ?, Ольга Егошина, Независимая газета, [25-06-1993]
Добрые игры в недобром мире, Наталья Крымова, [05-1993]
«Иногда я чувствую себя камикадзе», Московский Комсомолец, [30-01-1993]
Мастера «Мастерской Фоменко», Мария Хализева, [1993]
Анатолий Эфрос. Из книги «Продолжение театрального романа»., М. ,, [1993]
Гулянье над обрывом, Анатолий Смелянский, Культура, [23-05-1992]
Два лица Нила Саймона, М. Воробьев, Вечерний Новосибирск, [31-07-1991]
Не дай Бог потерять интерес зрителя, Аргументы и факты, [1991]
«? В распрекрасном Билокси на Миссисипи», Ольга Дубинская, Театральная жизнь, [1990]
* * *, Челябинский рабочий, [28-05-1988]
«Билокси-блюз» по дороге на войну, Алексей Аджубей, Московские новости, [27-12-1987]
Не хлебом единым, Нина Агишева, Правда, [22-02-1987]
Колоратурный контрабас, Мария Седых, Литературная газета, [28-01-1987]
Групповой портрет с тамадой, Сергей Николаевич, «Неделя», № 4 (1400), [1987]
«Горько!», Юлий Смелков, Московский Комсомолец, [28-12-1986]
Премьеры будущей недели, Вечерняя Москва, [25-10-1986]
Подвергай себя сомнениям, Советская культура, [5-07-1986]
Несколько личных вопросов, Московский Комсомолец, [30-12-1984]
Выбираю роль болельщика, Советская культура, [2-02-1984]
Верить и побеждать, Нинель Исмаилова, Известия, [16-11-1983]
Покоряющий образ вождя, Г. Терехова, Советская культура, [6-11-1983]
Рассказывает народный артист РСФСР Александр Калягин, Вечерний Таллин, [16-07-1983]
Жажда и радость работы, Советская Эстония, [7-07-1983]
Слабый человек. И это все?.., Александр Свободин, Литературная газета, [2-03-1983]
Слабый человек. И это все?.., Александр Свободин, Литературная газета, [2-03-1983]
Трагедия честного человека, Юрий Дмитриев, Литературная Россия, [28-01-1983]
Трагедия честного человека, Юрий Дмитриев, Литературная Россия, [28-01-1983]
Великая радость творчества, Красная звезда, [2-10-1982]
Искусство постижения красоты, В. Бернадский, Вечерняя Алма-Ата, [22-09-1982]
Главная роль, Советская культура, [4-07-1982]
Завещаю векам, Александр Колесников, Комсомолец Кубани (Краснодар), [22-04-1982]
Встречаясь взглядом с Лениным, Георгий Капралов, Литературная Россия, [12-02-1982]
Великая наука побеждать. Зрители о спектакле «Так победим!», Вечерняя Москва, [23-01-1982]
Перед бессмертием, М. Строева, [20-01-1982]
Великая наука побеждать, Н. Потапов, Правда, [12-01-1982]
Так победим!, Инна Вишневская, Вечерняя Москва, [5-01-1982]
Наши интервью. Александр Калягин, Театральная Москва, № 20, [1982]
Завещаю грядущему, Андрей Караулов, Советская Россия, [31-12-1981]
Вечера с Мольером, Б. Галанов, Литературная газета, [16-12-1981]
Смех и слезы Мольера, Николай Путинцев, Московская правда, [13-12-1981]
Тартюф, Оргон и другие, Н. Шехтер, Комсомольская правда, [20-11-1981]
Тартюф сбрасывает маску, В. Широкий, Советская культура, [13-11-1981]
«Мышеловка» для Тартюфа, В. Фролов, Вечерняя Москва, [27-10-1981]
Сражение в доме Оргона, Н. Лейкин, Литературная Россия, [23-10-1981]
Страстное слово театра, Г. Островская, Красное знамя (Владивосток), [8-07-1981]
Удовольствие для души?, В. Дубков, Молодой дальневосточник (Хабаровск), [23-06-1981]
Стремлюсь к неожиданному, Советская Россия, [14-01-1981]
Наедине с вами, Советская культура, [16-12-1980]
«Классика — школа добра», Литературная Россия, [30-11-1979]
Верить в свое призвание, Ленинградское знамя, [27-05-1979]
Иштван Хорваи: Счастливая встреча, Советская культура, [18-05-1979]
Две премьеры, Инна Вишневская, Вечерняя Москва, [23-04-1979]
Всего четыре часа?, Екатерина Кеслер, Социалистическая индустрия, [27-03-1979]
Работа Калягина, Молодой коммунар (Тула), [5-08-1978]
В кино и в театре, Магнитогорский рабочий, [5-07-1978]
Правда бывает только одна, Андрей Караулов, Строительная газета, [16-12-1977]
Вина и беда Игната Нуркова, Александр Свободин, Литературная газета, [30-11-1977]
Заседание парткома продолжается?, Григорий Цитриняк, Литературная газета, [5-10-1977]
А что впереди?, Эльга Лындина, Московский Комсомолец, [16-06-1977]
Познай самого себя, Н. Толченова, Литературная Россия, [11-02-1977]
Современно о современниках, Роберт Стуруа, Заря востока (Тбилиси), [17-04-1976]
Глубина правды, Виктор Комиссаржевский, Советская культура, [4-11-1975]
Протокол откровения, В. Харитонов, Известия, [24-10-1975]
«Заседание парткома», Т. Владимирова, Вечерняя Москва, [14-10-1975]
Два дебюта, Е. Борисоглебская, Московский Комсомолец, [16-05-1974]
Человек и дело, Лариса Солнцева, Советская культура, [29-03-1974]
Театральный разъезд, Виктор Комиссаржевский, Известия, [29-06-1973]
«Старый новый год», М. Строева, Вечерняя Москва, [28-06-1973]
Найди силу в себе, А. Бочаров, Комсомольская правда, [15-06-1973]
Увеличивающее стекло?, Ольга Кучкина, Московский Комсомолец, [9-06-1973]
«Старый новый год», Труд, [6-06-1973]
Многоуважаемый зеркальный шкаф?, Галина Кожухова, Правда, [25-05-1973]
Олег Ефремов: «Люблю рабочую среду», А. Галин, Социалистическая индустрия, [1-03-1973]
Хроника жизни одного цеха, Александр Свободин, Комсомольская правда, [27-01-1973]
Очистительная сила огня, Н. Лейкин, Литературная Россия, [12-01-1973]
Помни о человеке, М. Строева, Вечерняя Москва, [5-01-1973]
Второе знакомство, С. Овчинникова, Московский Комсомолец, [9-12-1969]
На сцене — польская драматургия, Вечерняя Москва, [22-11-1969]
«Только телеграммы», М. Руссов, «Вперед» (Загорск), [19-10-1968]
Надежды и разочарования Уингфилдов, Н. Абалкин, Правда, [4-06-1968]
«Стеклянный зверинец», [6-04-1968]
Человек и революционер, Владимир Пименов, Литературная Россия, [9-02-1968]
Маяковский на Таганке, Б. Галанов, Литературная газета, [14-06-1967]
Победа поэзии, Виктор Шкловский, Известия, [8-06-1967]
Послушайте. Маяковский, В. Фролов, Советская культура, [30-05-1967]
Идет дознание?, Юрий Айхенвальд, Московский Комсомолец, [2-03-1967]
Спор о современнике, Т. Шароева, Вечерний Тбилиси, [7-07-1966]
«Только телеграммы», «Заря Востока» (Тбилиси), [7-07-1966]
«Жизнь Галилея», Инна Вишневская, Вечерняя Москва, [13-06-1966]
Испытание разумом, Н. Лордкипанидзе, Приложение к «Известиям» «Неделя», [28-05-1966]
В поиске, Я. Варшавский, Вечерняя Москва, [18-06-1965]
Это время гудит телеграфной струной…, Б. Галанов, Литературная газета, [22-04-1965]
Слова Ленина обновляют театр, Виктор Шкловский, Известия, [17-04-1965]
Стая молодых набирает высоту?, Григорий Бояджиев, Советская культура, [3-04-1965]
Приедет театр Олега Табакова, Alla Gosteva, Halo Noviny
С оголенным нервом, Ольга Нетупская, Планета Красота
О некоторых загадках…, Ольга Нетупская, Планета Красота
«Похождение» в Таллине, «Новости культуры» (ТК «Культура»)
Официальный сайт Ивана Жидкова
Официальный сайт Дениса Никифорова
Официальный сайт Дины Корзун
Официальный сайт Виталия Егорова
Павел Руднев: Смещение «Сатирикона», Павел Руднев, Взгляд
Подлец? Кто подлец?, Александр Соколянский, ОБЩАЯ ГАЗЕТА
Владимир Машков: «Режиссура — одна из самых страшных профессий», Елена Дуда, Семь Дней в Новосибирске
ПОЗДНИЙ РЕАБИЛИТАНС РЕАЛИЗМА, Марина Райкина, Московские новости
Из последних сил, Элина Мосешвили
Отцы и дети, Нина Агишева
Эти славные психи, Нина Агишева
Андрей Житинкин дописывает Томаса Манна, Сергей Веселовский, Москва театрально-концертная
Сергей Безруков: «Играя Ромео, я готов был разорвать Тибальта», Театральная жизнь
Лев Дуров: С женой я никогда не был Отелло — только Яго, Вячеслав Шадронов, Газета «Антена»
Официальный сайт Льва Дурова
Смерть в стиле кантри, Елена Ямпольская, Русский курьер
Неофициальный сайт Ярослава Бойко
А в Конго есть тигры?, afisha@mail.ru
., Наталия Колесова
Антисказка, Агнешка Сыновска, Шекспировская газета
Еврей и христианин, Юстыня Сверчинька, Шекспировская газета
Месть Шейлока, Беата Лентас, Шекспировская газета
Венецианский еврей на русской сцене, Алексей Бартошевич
Страница спектакля «Ещё Ван Гог…» на сайте Центра им. Вс. Мейерхольда
Проект учеников школы № 758 , посвященый спектаклю «Матросская тишина»
Планета Калягин, Юлия Маринова, Домовой
Калягин предлагает жить дружно, Григорий Заславский, Сайт Театральное дело Григория Заславского
Венецианский еврей на русской сцене
Фарс написан, фарс и поставлен, Мария Львова, Вечерний клуб
Беседа с Анатолием Смелянским
Как стать другом Александра Калягина
Надо уметь вопить от боли, Марина Багдасарян, Время МН
Пресса о спектакле на сайте «Театральный смотритель»
Страница, посвященная жизни и творчеству Александра Вампилова
Иркутский областной фонд Александра Вампилова
Биография Сергея Безрукова на сайте агентства «Арт-партнер XXI»



© 2002—2019 Школа-студия МХАТpublic@mxat-school.ru